18.02.2019

Разговор


Когда через год мы встретились в его рабочем кабинете в университет-
ском здании на берегу Невы, первый вопрос был о детстве.- Каким оно было?
— Очень счастливым и необычным, хотя судь-
ба моих родителей – Любови Ивановны и Нико-
лая Константиновича — была во многом типичной
для того времени. Они поженились 12 августа
1934 года, а в феврале 1935-го отца, выпускни-
ка Лесотехнической академии, забрали. Точной
причины я не знаю, но в городе шли аресты по
«кировскому» делу*. Сначала дали три года лаге-
рей, а потом добавили еще десять. Мама ждала
его до войны, потом всю блокаду, а встретиться
снова они смогли только после победы в Инте,
шахтерском городке у Полярного круга. В 1947
году родился я.
— У Полярного
круга?
— Нет, в Ленин-
граде. Инта была ма-
леньким поселком при
большом ГУЛАГе: на
шахтах ее месторожде-
ния, являющегося частью Печорского угольного бас-
сейна, трудились заключенные двух исправительно-
трудовых лагерей Интинского и Минерального, они
же строили железную дорогу на Большую землю.
Кстати, автомобильной нет до сих пор. Только
в одном Минеральном ИТЛ одновременно содер-
жалось около 35 тысяч человек, а больница – всего
одна, поэтому рожать мама вернулась домой, в род-
ную Снегиревку. Отец к тому времени считался вольнонаемным специалистом,но уехать не мог. А мы с мамой посто-
янно путешествовали по одному марш-
руту: Инта-Ленинград и обратно.
— То есть детство в «вахтовом
режиме»?
— Примерно так: полгода – в Ле-
нинграде с культпоходами в театры
и музеи, полгода – в Инте, где часто
приходилось просыпаться от ночных
телефонных звонков: отца, отвечавше-
го за снабжение шахт крепежом, вы-
зывали на работу в любое время су-
ток. До сих пор помню, что нужно
было срочно «давать» какие-то «руд-
стойки».
— А дальше: «отрочество,
юность»?
— Примерно все так и продолжа-
лось, только география поездок зна-
чительно расширилась. Я учился в
физико-математической школе ¹ 317
и одновременно серьезно занимал-
ся плаванием, входил в юношескую
сборную СССР. А был еще и баскетбол, в который тоже неплохо играл: в
1966 году стал чемпионом Ленинграда.
— Как Вам удавалось все это совмещать?
— Я был маминым сыном, она помогала мне во всем, на сборы и соревно-
вания ездил с тренером и мамой. (Во время этого признания у солидного про-
фессора слегка дрогнул голос) Родители сделали для меня все, но это была не
слепая любовь, не баловство, а именно воспитание. Поэтому и школу закончил
хорошо, и в спорте чего-то достиг.
— Чем обусловлен был выбор профессии?
— Желанием серьезно заниматься наукой и страстью к путешествиям, а
специальность «океанология» Гидрометеорологического института идеально
совместила в себе математику и романтику. Удалось походить на научных су-
дах вокруг Европы, побывать в Атлантике. Кстати, институт я тоже окончил
с отличием, а дальше в родном ВУЗе прошел все ступени карьерной лестницы: от инженера до ректора, на должность
которого коллектив меня снова избрал вес-
ной этого года.
— Современные абитуриенты Гидро-
мета также основательно подготовлены
к поступлению в университет?
— В нашей школе ученики приобрета-
ют много бесполезных знаний и совершенно
утрачивают способность самостоятельно по-
стигать науки.
— Это Ваше мнение?
— Нет, Гете, он так про учебные заведения XIX века писал…
— А кажется, что про школы XXI столетия.
— Действительно, подготовка стала значительно слабее. Мой курс физики
океана, который я читаю уже много лет, в последние годы пришлось значи-
тельно упрощать – студенты многое просто не понимают. Теперь он стал по-
хож на «букварь» по физике океана.
— Может, не всем стоит стремиться к высшему образованию?
— Не знаю, хотя люди с высшим образованием живут в среднем на 5-7
лет больше, это мировая статистика.
— Лев Николаевич, Ваши родители живы?
— Нет, в 1984 году они отметили свою золотую свадьбу, а в 1990-м папы
не стало, мама ушла почти сразу за ним. Они были как две половинки одного
целого, настоящая семья. Участвовали в воспитании моего сына Николая, по-
могли развить его математические способности. Он закончил СПбГУ, защитил
кандидатскую диссертацию, но свои экономические знания с успехом приме-
няет и на практике: в 2004 году его признали «лучшим частным инвестором
России». Он доволен своей специальностью.
— А Вы?
— Я не работаю по специальности: я океанолог, а работаю ректором.

*Сергей Миронович Киров, первый секретарь Ленинградского обкома и горкома
ВКП(б), 1 декабря 1934 г. был убит в здании Смольного, его убийцу Л. В. Нико-
лаева задержали на месте преступления. Следствие было закончено 25 декабря,
военная коллегия Верховного суда СССР рассмотрела уголовное дело быстро и
29 декабря признала, что убийство было подготовлено и совершено подпольной
террористической зиновьевской организацией, возглавляемой так называемым
«ленинградским центром». 14 человек, осужденных по этому делу, были при-
говорены к высшей мере наказания – расстрелу, после этого в городе начались
массовые репрессии.


Добавить комментарий

Яндекс.Метрика